Версия для слабовидящих
Версия для печати

Сергей Левченко: «Я сам себя никогда не номинировал в президенты»

27.10.2017

Сергей Левченко: «Я сам себя никогда не номинировал в президенты»

Иркутская область – единственный на территории азиатской части страны регион, который возглавляет губернатор, избранный на конкурентных выборах в противоборстве с «Единой Россией» во втором туре. Однако сам Сергей Левченко признается, что партийная принадлежность на этой должности для него – не главное: экономические, социальные и политические вопросы он должен решать не как партийный функционер, а как управленец. Левченко называют возможным кандидатом в президенты от КПРФ на предстоящих в 2018 году выборах, вместе с тем жители Иркутской области ждут от него, как от губернатора решения вопроса по строительству дороги на Ольхоне и экологических проблем озера Байкал. Об обновлении в КПРФ, о своем участии в президентских выборах, о будущем Байкала и китайской экспансии в Россию Сергей Левченко рассказал в интервью «ФедералПресс».  

- Сергей Георгиевич, вы являетесь единственным губернатором в России, избранным в жесткой конкурентной борьбе. Как вам, человеку, представляющему оппозицию, работается эти два года после выборов? 

- Я думаю, что многие мои коллеги-губернаторы, а, может быть, и все, не согласятся, что у них не было конкурентной борьбы. 

- У вас, по крайней мере, был второй тур. 

- Да, второй тур был только в Иркутской области. Но в любом случае, выборы – это не прогулка по «красной дорожке». Идя на выборы, я прекрасно понимал, что нужно готовиться к межпартийной борьбе уже после выборов. И, наверное, мое понимание того, с чем придется столкнуться, привело к тому, что в течение этих двух лет для меня особых неожиданностей не было. 

С другой стороны, думаю, что я многих удивил тем, что не перевожу в политическую плоскость ни один свой шаг, в том числе и во время выборных кампаний, которые были за эти два года. Наоборот, когда, обсуждая какой-то вопрос, со мной пытаются говорить с точки зрения политики, я всегда стараюсь моих визави переводить на сутевую основу: а что вы этим хотите сказать, что стоит за вашими политическими заявлениями или декларациями? Мне важна не партийная принадлежность собеседника, а смысл его требования и заявления. Часто оказывается, что мы говорим об одном и том же, а то, что предлагается, мы уже давно делаем. Иногда оказывается, что слова собеседника – это «партийное поручение» ему. Но за два года политическая атмосфера в Иркутской области изменилась кардинально, я уверен в этом на 100%. 

- Иркутская область всегда была регионом политической турбулентности. У вас сохранились отношения с вашими предшественниками? 

- Да, мы поддерживаем отношения. Я встречаюсь с Борисом Александровичем Говориным, который входит в «Совет старейшин» (консультативный совет при губернаторе). Он также был руководителем группы по празднованию 80-летия Валентина Распутина, которого Борис Александрович, как и я, хорошо знал. За время подготовки к празднованию юбилея мы создали музей, обустроили захоронение писателя и т.д. 

Мы достаточно часто встречаемся с Дмитрием Федоровичем Мезенцевым, который вернулся в Совет Федерации. Он занимается российско-китайскими взаимоотношениями, а для нас Китай – это самый крупный внешний партнер по товарообороту с Иркутской областью. Вместе мы работаем и над многими другими задачами. 

- В марте будущего года состоятся президентские выборы. Вы, пожалуй, единственный из всех губернаторов, кого политологи номинировали в кандидаты (от КПРФ). Как вы оцениваете возможность вашего выдвижения? 

- Я сам себя никогда не номинировал на выдвижение в президенты, по одной простой причине: два с лишним года назад я шел на выборы с программой, рассчитанной как минимум на пятилетку и даже больше. И сейчас, не выполнив ту программу, которую я обещал выполнить людям, переходить на другое место или стремиться куда-то в другую плоскость, я не могу – это не в моих принципах. 

Если говорить о выборах вообще, могу сказать, что в нашем регионе самые демократичные выборы в стране. В течение последних двух лет точно – хоть муниципальные, хоть федеральные выборы. Вместе с тем выборы 10 сентября показали, что надо еще много делать для того, чтобы выборы были еще более честными и открытыми: к сожалению, приходилось много раз пресекать попытки мошенничества, фальсификаций, подвозов и т.д. Добиться чистоты избирательного процесса – вот моя главная задача. 

- Компартия, как и любая другая партия, нуждается в обновлении, причем вне зависимости от того, кто будет номинирован в качестве кандидата в президенты. Как вы видите дальнейшую жизнь КПРФ? 

- Естественно, любой процесс, любые кадры требуют обновления. И, я думаю, как раз у нас в партии, в руководстве партии к этому вполне разумное отношение. В отличие от других, где вся партийная деятельность держится на одном человеке: нет человека — нет партии. КПРФ создана по-другому принципу. Я не хотел бы предвосхищать события, в любом случае, для обновления существует съезд, где такие вопросы и решаются. 

Должен сказать, что омоложение у нас идет в достаточно неплохом режиме. Андрей Клычков, который назначен губернатором Орловской области, состоит в руководстве партии. Он совсем молодой. И такие люди у нас еще есть. Они постепенно набираются опыта. Это нормальный процесс, это преемственность поколений. В партии создан механизм работы с кадрами: есть кадровая комиссия, членом которой я являюсь, есть президиум Центрального комитета, сам Центральный комитет, есть съезд и т.д. Все будет сделано вовремя. 

- Уже два годы вы взаимодействуете с Кремлем, с полпредством как губернатор. Насколько это взаимодействие органично, эффективно? Возникают ли какие-то политические нюансы, которых нет во взаимоотношениях Центра с губернаторами-единороссами? 

- Мне сложно судить по поводу взаимоотношений Центра с другими губернаторами – я просто этого не знаю. С другой стороны, я никогда не был губернатором от «Единой России», поэтому не был в роли своих коллег, и не с чем сравнивать. Единственное, я понимал и сейчас понимаю, что со стороны разных людей разного уровня, принадлежащих к «Единой России», была и в какой-то мере еще остается обида за проигрыш – это естественно. Это выражалось в разного рода заказных материалах как внутри области, так и за ее пределами. Но я в политике очень давно и про себя столько всего видел, слышал и читал, что меня уже ничем не удивить, честно говоря. И, если лидер оппозиции приходит во власть, - это уже говорит о том, что у него есть закалка. В отличие от многих других, кто не имеет политического опыта или все время был в достаточно комфортных условиях, находясь внутри правящей партии. 

- Боевой вице-адмирал Сергей Меняйло, бывший губернатор Севастополя, был десантирован из Крыма в Сибирь. Как с ним работается? 

- Интересно, но не просто, должен сказать. Сергей Иванович – человек очень активный и старается следить за всеми болевыми точками, которые есть в регионе. Но все – в пределах допуска, который я для себя определил с самого начала. Я был готов к тому, что на мои действия, на состояние дел в регионе будут смотреть под микроскопом, что будут вникать во все дела, более тщательно следить за всем. Есть несколько вопросов, которые, по мнению Сергея Ивановича, требуют его участия, его контроля. 

- Какие, например? 

- Например, котельная в городе Вихоревке, расселение погорельцев, ТЭЦ в Байкальске и так далее. Он практически в постоянном режиме следит за тем, что происходит. Мы эти точки хорошо знаем и плотно ими занимаемся. Мы знаем о них гораздо больше, чем успевает следить тот, кто нас контролирует. Скажем, котельных у нас 1036, их не две, и с ними со всеми нужно работать: ежедневно с каждой в плотном режиме – и во время отопительного сезона, и во время подготовки к нему. Погорельцев мы переселили всех вовремя, сделали ремонты и установили новые котлы. 

- Какова ситуация, связанная с дорогой на Ольхоне? Об этом президенту во время прямой линии рассказали сами жители, и потом вопрос поднимался, когда Путин был в Бурятии. Будет ли построена дорога или существуют какие-то сложности? 

- Начнем с того, что Ольхон входит в Национальный парк, где ничего строить нельзя. Поэтому я сам поднял этот вопрос, когда мы были на совещании губернаторов в Бурятии в начале августа. Мы подготовили смету за пару дней. Ориентировочная стоимость дороги – 2 млрд 176 млн рублей. Но дело не просто в выделении средств. Речь о том, что нужно изменить достаточно много законов и подзаконных актов, чтобы получить разрешение на строительство. Из территории национального парка нужно выделить места для временного размещения мусора, установки линий электропередач. Нужно создать так называемые «минерализованные полосы», которые станут для поселений преградой от пожаров. Нужно составить проект, провести исследование грунтов и т.д. Одним словом, решение о строительстве дороги рождает много дополнительных вопросов, с которыми нужно тщательно разбираться. 

- Остро стоит вопрос сохранения чистоты Байкала. За последние 15 лет историй было много громких историй, в том числе связанных с переносом производства Целлюлозно-бумажный комбинат с Байкала, перекладыванием газопровода «Сила Сибири», который шел в Китай. Есть ли какие-то угрозы озеру сейчас? Как на них реагируют область и федеральный центр? 

- С Байкалом действительно было связано много историй, касающихся его экологического состояния: газовую трубу успешно перенесли, байкальский ЦБК три года назад остановили – эти глобальные проблемы решены. С 2012 года действует федеральная программа «Об охране озера Байкал», рассчитанная до 2020 года. Как и абсолютное большинство программ, она предусматривает софинансирование со стороны региона. Пока, на мой взгляд, выполняется она неудовлетворительно. Сейчас все, кто участвует в реализации этой программы (и регион, и федеральные министерства) стараются нагнать время, которое было упущено в предыдущие четыре года. По факту в таком оперативном режиме, я бы даже сказал авральном, мы начали заниматься этим вопросом. 

Я обратился к президенту, к премьер-министру, в министерство природных ресурсов с просьбой разрешить нам не заниматься проведением конкурса на проектирование работ по утилизации шламоотвалов байкальского ЦБК (не факт, что победитель сделает этот проект хорошо – печальный опыт мы уже имеем). Затем нужна будет экспертиза проекта и т.д. Терять время на проведение конкурсов на эти работы не хочется. Нам хотелось бы, чтобы это был «единый поставщик», и поиском такого поставщика мы сейчас занимаемся совместно с Минприроды. Мы видим исполнителем компанию «Росгеология», которая имеет опыт экологического оздоровления территорий (она даже в Арктике занималась очисткой больших территорий). Это полностью государственная организация. Она сейчас занялись актуализацией проекта. Скоро пройдут публичные слушания. Надеюсь, что уже в этом году у нас начнется работа по утилизации шламоотвалов. 

- Вы наверняка слышали шутки по поводу того, что в Сибирь, на Восток придут китайцы и все захватят. Насколько для Иркутской области эта ситуация реальна? Во всяком случае, если говорить о бизнесе, насколько активны китайские инвесторы? 

- Иркутская область, по сравнению со многими другими субъектами, в гораздо большей степени сотрудничает с КНР. Китайский бизнес, ну и вообще китайский народ, стремятся побывать в Иркутской области. Тому есть определенные предпосылки: мы индустриально развитая область, у нас действительно наработанные связи с Китаем и с другими странами азиатской территории. Не зря у нас находится генеральное консульство Китая, которое охватывает всю Западную Сибирь и Якутию. У нас, вы правильно сказали, самый большой товарооборот. 

С точки зрения «захватят», я не думаю, что в этом плане Китай отличается от любой другой страны. Если при этом все будут лежать, и молча отдавать все — природные ресурсы, энергетику, земли и т.д., понятно, что придет любой иноземец. А если власти территории будут экономически защищать свой регион, требовать ведения честного бизнеса на паритетных началах, то бизнес любой страны будет стремиться соответствовать этим требованиям. 

Многие говорят, что рынок все сам обеспечит, что у государства мало ресурсов, поэтому оно не может эффективно управлять, а вот бизнес может все. Я в это не верю – это все миф. Государство должно направлять бизнес. В Иркутской области началось развитие, когда мы, правительство области, сами стали вкладывать деньги в экономику. Бюджетные инвестиции в строительство за год возросли в два раза. Поскольку мы стали вкладывать деньги в инфраструктуру, в социальные объекты, бизнес понял, что здесь можно работать и развиваться. 

- Какие отрасли вы как губернатор считаете приоритетными для себя? 

- Мы уже почти 30 лет живем с либеральными лозунгами, а они не работают. Поэтому надо, в конце концов, уже делать выводы. Когда мы говорим о бюджетных инвестициях, и бизнес на это откликается, мы должны приветствовать это и участвовать в этом. Есть стратегические отрасли, есть отрасли жизнеобеспечения, в которых государство должно играть ведущую роль. Скажем, вопросы внутрирегиональных авиаперевозок – это в первую очередь вопросы государственного значения. То же самое можно сказать об энергетике, о военно-промышленном комплексе и других важных стратегических отраслях. 

ИА ФедералПресс

Возврат к списку

Информационные ресурсы Иркутской области